Культура России 17 века

XVII в. — своеобразный период в истории русской культуры. Он завершает собой развитие культуры на протяжении предшествующих столетий. Мы часто говорим: «древнерусская культура IX-XVII веков», но никогда не продлим это определение на следующий XVIII в., который, без сомнения, является «новым» периодом в истории нашей культуры.

Такая переходность культуры в XVII в. обусловила, в свою очередь, весьма интересные тенденции в ней. Многие жанры продолжают существовать, но внутри них зреет новое содержание, взрывающее их изнутри. Идут процессы секуляризации, обмирщения культуры, ее гуманизация. Усиливается интерес к человеку, его жизни. Все это вырывается из тесных рамок средневекового канона, создавая порой кризисные явления, а порой приводя к невиданному взлету духа, и сейчас потрясающему наше воображение.

Устное народное творчество. Грамотность и письменность.

Появляются первые сборники пословиц, многие из которых дожили до нашего времени. Широко распространены легенды, песни, сказания. Одним из любимых героев их становится Степан Разин, который наделяется богатырскими чертами и оказывается в одном кругу с былинными героями.

Большее распространение получают рукописные книги, особенно сборники, в которых содержались различные материалы. С 1621 г. для царя стали изготавливаться рукописные «Куранты» — своеобразные газеты.

Возрастание письменного делопроизводства привело к окончательной победе скорописи и новым попыткам организации производства бумаги в России. Наряду с рукописными книгами все более распространялись печатные. Активно работал Печатный двор, который выпускал и учебную литературу (например, «Грамматика» Мелетия Смотрицкого).

Общественно-политическая мысль и исторические знания, литература.

Одним из основных памятников общественно-политической мысли и литературы оставались попрежнему летописи. Еще несколько десятилетий назад считалось, что в этот период летописный жанр вырождается. Однако

научные разыскания 1940-1990-х гг. позволяют говорить о весьма интенсивном развитии как официального, так и частного летописания в ту эпоху, даже о его расцвете в последней четверти «бунташного» столетия (Я.Г. Солодкин). В это время были созданы патриаршие своды, Бельский, Мазуринский летописцы, своды 1652,1686 гг. и многие, многие другие памятники летописания. Наряду с общерусскими появляются провинциальные, местные, фамильные и даже семейные летописные сочинения.

В период Смуты появляются и другие подобного рода произведения. Но важно отметить, что события Смуты продолжали осмысливать и после нее. В 1620-е гг. дьяк Иван Тимофеев написал известный «Временник». В нем он осуждает Ивана Грозного за преследования боярской знати и опричнину. Для сочинения характерно резко отрицательное отношение к «деспоту» Годунову и к Василию Шуйскому, который также не имел законных прав на престол. Тимофеев осуждал и «безумное всего мира молчание» — непротивление знати Годунову.

В центре внимания писателей того времени все больше оказывались вопросы экономической жизни, политические проблемы. Одним из наиболее интересных памятников общественно-политической мысли второй половины века были сочинения Юрия Крижанича, хорвата по происхождению, который занимался в России исправлением богослужебных книг. Его заподозрили в деятельности в пользу католической церкви и сослали в Тобольск, где он прожил 15 лет, после чего вернулся в Москву, а затем уехал за границу. В сочинении «Думы политичны» («Политика») он нарисовал картину широких преобразований в России.

Новым явлением в литературе было распространение силлабического стихосложения, которое в свою очередь связано с барокко в русской литературе. Это, прежде всего, деятельность белорусского ученого и просветителя Симеона Полоцкого (С.Е. Петровского-Ситниановича), которого пригласили в Москву для обучения царских детей. Его произведения отличаются орнаментальностью, пышностью, отражая идею «пестроты» мира, переменчивость бытия. В 1678-1679 гг. появились два сборника его стихотворений — «Ветроград многоцветный» и «Рифмологион». Первое произведение — своего рода энциклопедия, в которой содержатся

данные, почерпнутые из различных областей знания: истории, зоологии, ботаники, географии, минералогии и т.д. При этом достоверные сведения перемежаются мифологизированными представлениями автора.

Архитектура.

В русской архитектуре XVII в. также занимает особое место. С огромной силой проявилось стремление к отказу от вековых канонов, «обмирщению» искусства.

Большую роль в развитии архитектуры в целом играло деревянное зодчество. Лома в городах строились, в основном, из дерева. Это были двух- и трехэтажные хоромы (в 1688 г. царь запретил строительство трехэтажных домов из-за постоянной опасности пожаров). Деревянное зодчество становилось все более разнообразным, усилилось стремление к декоративности, усложняются композиции, силуэты. Ярчайшим памятником деревянного зодчества был дворец в Коломенском, построенный в 1667-1678 гг. Дворец состоял из множества разных построек, связанных между собой переходами, и насчитывал 270 комнат с 3000 окон. Это был целый городок с башенками, чешуйчатыми крышами, «гульбищами», кокошниками, крылечками.

В деревянном зодчестве в начале века преобладали простые по конструкции и внешнему оформлению постройки, но к концу столетия они становятся декоративными, многообъемными. Эта тенденция получает завершение в Церкви Преображения села Кижи (1714). Ближайшей предшественницей этого удивительного творения северных мастеров была Покровская церковь села Анхимово на реке Вытегре (1708). Эти церкви — «гимн луковичной главе» (М.А. Ильин). 22-главый Кижский храм в основе — восьмерик с четырьмя прирубами. Грани восьмерика и уступы прирубов имеют бочки, увенчанные главами. Не строгую аскетическую идею, а мирскую жизнерадостность выражали живописные и нарядные деревянные храмы этого времени. Рост каменного строительства был напрямую связан с усилением государственной власти. Еще в конце XVI в. возник Приказ каменных дел, сконцентрировавший лучшие силы в этой области. Усовершенствовались приемы каменного зодчества, значительно усложняются объемы построек. К основному массиву примыкают различные приделы и пристройки, получают распространение крытые паперти — галереи и т.д. Мастера начинают широко применять цветные изразцы, сложные кирпичные пояса и другие декоративные детали, из-за чего фасады построек приобретают необычайно нарядный, красочный вид.

Одним из таких сооружений был Теремной дворец в Кремле, построенный в 1635-1636 гг. Баженом Огурцовым и Трефилом Шатуриным. Это трехэтажное на высоких подклетях здание, увенчанное высоким «теремком». Золотая кровля и два пояса лазурных изразцовых карнизов придавали дворцу просто сказочный вид. В церковной архитектуре развивается шатровый стиль. Наиболее известные постройки такого типа — «Дивная» церковь в Угличе и храм Покрова в Медведкове, возведенный в поместье Д. Пожарского. Своего рода эталоном храмового зодчества исследователи считают церковь Троицы в Никитниках, построенную в 1634 г. в Китай-городе на средства выходца из Ярославля, богатого купца Григория Никитникова. Этот храм дошел до нашего времени. В нем с особой силой проявился принцип «дивного узорочья». Возводились и многошатровые храмы, например московская церковь Рождества Богородицы в Путинках (1649-1652).

Живопись.

В первой половине века продолжали жить и развиваться строгановская и годуновская школы. В 1640-1650-х гг. наметилось слияние этих стилей, что отразилось в настенной живописи Ризоположенской церкви (1644), Успенского (1642-1648) и Архангельского (1652-1653) соборов Московского Кремля, церкви Николая Надеина в Ярославле (1640-1641), собора Савво-Сторожевского монастыря под Звенигородом (1650). Но в XVII в. зарождаются и новые тенденции, которые причудливо перемешиваются с прежними традициями. Все это порождает сложную исследовательскую проблему, чреватую разными, подчас противоположными, оценками.

Ученые XIX в. (Ф.И. Буслаев, Г.В. Филимонов, Н.В. Покровский) считали XVII столетие временем подъема русского искусства. После 1910 г., когда состоялась первая выставка иконописи, отношение к живописи XVII в. резко изменилось. Многие стали воспринимать его уже как «разруху», «упадок». Впервые отчетливо это было сформулировано в многотомной истории русского искусства И. Грабаря.

Ныне в литературе акценты расставлены, судя по всему, правильно. Умирала древнерусская, но не русская живопись (Г. Карпов). Однозначно оценить живопись XVII в. очень трудно. Одно ясно — в живопись хлынуло «живство». Сами мастера пытались в своих сочинениях («Послание к Симону Ушакову» (1656-1658) Иосифа Владимирова, «Слово к люботщательному иконного писания» (1666-1667) Симона Ушакова) обосновать новый подход к живописи.

Высшая стадия развития живописи в это время — творчество С. Ушакова. Художник, работавший в Оружейной палате, стремился уже по-новому изображать человеческое лицо, пусть еще плоскостно, иконописно, но гораздо ближе к жизни. Знаменитым произведением Ушакова является его «Спас нерукотворный», а также икона на традиционный сюжет «Троицы». Ее не спутаешь с «Троицей» Андрея Рублева. На смену глубокой одухотворенности и возвышенности явилось тяжеловатое, «плотское» изображение фигур, появились всякого рода реалистические детали.

Интересным явлением живописи того времени была школа ярославских мастеров. Их творчество в наибольшей степени характеризуется стремлением вырваться из сковывающих рамок канона, использовать привычные образы русской жизни.

Проявлением интереса к человеку, его психологии, внешнему виду стало и появление «парсунного» письма, портретных изображений. В первой половине века эти портреты выполнялись еще в иконописной традиции как, например, изображения Ивана Грозного и князя М.В. Скопина-Шуйского. Во второй половине столетия изображения стали приобретать более реалистический характер (изображения Алексея Михайловича, Федора Алексеевича и др.).

Музыка и театр.

Этот век оказался переломным и для развития русской музыки. Церковная музыка становится более праздничной. Появляются «канты» — музыкальные произведения, которые исполнялись вне церкви; особое «партесное» пение для трех голосов. Возникает и новая, линейная запись нотного текста

Основой для развития музыки по-прежнему является русская народная песня — яркая, образная, богатая жанровым разнообразием и мелодичностью. Большой популярностью пользовался народный скомороший театр. Он часто преследовался властями, но народ любил театр Петрушки с его героями и уморительными остротами, часто направленными против тех же властей и людских пороков.

Появляется и театр нового вида, созданный по инициативе А.С. Матвеева Труппа театра была набрана из жителей Немецкой слободы. В 1672 г. состоялся первый спектакль в Преображенском. Правда, зрителями были только члены царской семьи и их приближенные. Ставились в основном переводные пьесы на библейские темы. Первая представленная пьеса — «Артаксерксово действо».

15. Петр I и его окружение

Фёдор Матве́евич Апра́ксин (27 октября 1661 — 10 ноября 1728, Москва) — граф, генерал-адмирал (1708).

Сын стольника Матвея Васильевича Апраксина (1625-1668), у которого было трое сыновей и дочь. Его дочь, Марфа Матвеевна (1664-1715), стала второй женой царя Фёдора Алексеевича, а сыновья Пётр, Фёдор и Андрей Матвеевичи, выдвинувшиеся благодаря браку сестры, стали видными государственными деятелями.

Фёдор Матвеевич был сподвижником царя Петра I. Под его командованием русский флот участвовал в Северной войне и Персидском походе. В 1700 г. был назначен главой Адмиралтейского приказа. С 1718 года президент Адмиралтейств-коллегии, с 1726 года член Верховного тайного совета.

Алекса́ндр Дани́лович Ме́ншиков (1672, Москва — 12 ноября (ст.ст.) 1729, Берёзов) — российский государственный и военный деятель, сподвижник и фаворит Петра Великого, после его смерти в 1725—1728 — фактический правитель России. Имел титулы Светлейшего князя Российской империи и герцога Ижорского (единственный русский дворянин, получивший герцогский титул[источник не указан 100 дней]), князь Российской империи, первый член Верховного Тайного Совета Российской империи, военной коллегии президент, первый российский сенатор, контр-адмирал (с 1714 г.), полный адмирал (с 1726 г.). Генерал-фельдмаршал, при Петре II — генералиссимус морских и сухопутных войск.

Во время Северной войны 1700—1721 гг. Меншиков командовал крупными силами пехоты и кавалерии, отличился в осаде и штурмах крепостей, во многих сражениях. В 1702 году при осаде Нотебурга своевременно подоспел со свежими силами к М. Голицыну, начавшему штурм, и крепость была взята. Весной следующего года, действуя с Петром в устье Невы, одержал первую морскую победу над шведами, смелым абордажным ударом пленив два неприятельских корабля. Чрезвычайно довольный этим успехом, царь велел выбить медаль с лаконичной надписью: «Не бываемое бывает». Меншиков получил в награду орден святого Андрея Первозванного (одновременно с ним кавалером ордена стал сам Пётр).

Александр Данилович был первым генерал-губернатором Петербурга (с 1703 года до своей опалы в 1727 году), руководил строительством города, а также Кронштадта, корабельных верфей на реках Нева и Свирь, Петровского и Повенецкого пушечных заводов. Оказывая помощь фельдмаршалу Шереметеву, содействовал завоеванию Дерпта, Нарвы и Ивангорода, награждён чином генерал-поручика (1704 г.), затем руководил боевыми действиями в Литве и Польше. В 1705 году пожалован польским орденом Белого Орла.

Александр Меншиков был незнатного происхождения,[источник?] не имел образования, но благодаря своему природному пытливому уму, кипучей энергии и преданности Петру I вошёл в историю России как выдающийся государственный и военный деятель Петровской эпохи. «Баловень судьбы», как назвал его А. С. Пушкин, не знал устали в больших и малых делах, помогая великому Петру во всех его начинаниях. В период правления неспособной к государственным делам императрицы Екатерины I, Меншиков становится фактическим правителем государства, подменяя первостепенную роль правящего монарха. Он добился многого, но в конце жизни лишился всего, кажется, не сожалея об этом, веря в «провидение Божье».

Бори́с Петро́вич Шереме́тев (25 апреля 1652 — 17 февраля 1719) — военный деятель, дипломат, генерал-фельдмаршал (1701), граф (1706).

Во время Северной войны 1700—1721 проявил себя медлительным, осторожным, но талантливым полководцем, заслужившим доверие Петра I. После поражения под Нарвой Шереметев был направлен в Восточную Прибалтику. В 1701 у мызы Эрестфер Шереметев нанёс шведам поражение, от которого они «долго необразумятца и не оправятца», за что был награждён орденом Андрея Первозванного и пожалован чином генерал-фельдмаршала. В 1702 Шереметев нанёс поражение шведам при селении Гуммельсгофе, в 1703 взял гг. Вольмар, Мариенбург и Нотебург, переименованный в Шлиссельбург; в 1704 овладел Дерптом.

За подавление мятежа стрельцов в Астрахани в 1705—1706 Шереметев был первым в России удостоен графского титула. В Полтавском сражении Шереметев играл скромную роль, но заслужил одобрение Петра I. В 1709—1710 после осады взял Ригу и, отпраздновав недолгий триумф, был отправлен в неудачный для русской армии Прутский поход.

В 1712 Шереметев заявил Петру I о своём желании постричься в монахи Киево-Печерской лавры, но царь заменил монастырь женитьбой на молодой красавице А. П. Салтыковой. В 1715 Шереметев был поставлен командующим русским экспедиционным корпусом в Померании и Мекленбурге для совместных действий с прусским королем против шведов — дело, для Шереметьева ничем не примечательное. В 1717 он возвратился в Москву и после тяжёлой болезни скончался.

В завещании Шереметев просил похоронить его в Киево-Печерской лавре, но Петр I, решив создать пантеон в Петербурге, приказал похоронить Шереметева в Александро-Невской лавре, заставив служить государству даже мёртвого сподвижника.

0

Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *